Согласно архивным документам, количество грамотных в дореволюционной Франции не превышало 20-25%. Крестьянство было почти сплошь неграмотным. «Большинство крестьян не умеет ни читать, ни писать», — заявляли представители духовенства Монтаржа. «Наши дети коснеют в мраке невежества», — жаловались крестьяне Артуа, Шампани и других областей. Многочисленные крестьянские наказы депутатам были подписаны только частью явившихся крестьян, «остальные не сумели». Немногочисленные школы, существовавшие в городах, были опутаны религиозными и феодальными предрассудками. Так, в некоторые школы могли поступать лишь дети дворян, в другие — дети католиков. Дети протестантов города Ларошель не имели права поступать в католические школы своего города, и родители отправляли их учиться в другие города. В школьной программе большое место занимало изучение древних языков; преподавание велось схоластически. В университетах преподавание велось часто на латинском языке. «На юридическом и медицинском факультетах всякий без труда мог купить себе ученое звание» (Лависс и Рамбо). Академия наук, имевшая среди своих членов ряд блестящих ученых, состояла в большинстве из королевских выдвиженцев, связанных со старым режимом и его привилегиями. Она работала, как бы отгородившись каменной стеной от народных масс. Народные массы, совершив революцию, ожидали полного уничтожения феодального порядка, ожидали, что буржуазия введет всеобщее образование. Ведь недаром повторяли: «Невежественный народ не может быть свободным» (Лаканаль). Но им скоро пришлось разочароваться. Пока у власти стояла буржуазия, все проекты реформ, окончательно уничтожавших феодальные порядки (возвращение крестьянам общинных земель, уничтожение феодальных повинностей и платежей и др.), и проект введения всеобщего обучения «мариновались» в комиссиях или саботировались. Крестьянству и городской бедноте потребовалось несколько лет ожесточенной классовой борьбы, новых восстаний, чтобы установить якобинскую диктатуру. 10 августа 1792 г. восставший народ взял штурмом дворец и покончил с монархией. Был созван Национальный конвент на основе всеобщего избирательного права. 2 июня 1793 г. парижане, изгнав жирондистов из Конвента, установили диктатуру якобинцев во главе с Робеспьером и Маратом, как диктатуру общественных низов и мелкой буржуазии. Только после этого было завоевано право на образование. Национальный конвент выдвинул дело народного образования на первый план. В своем постановлении от 21 января 1793 г. он говорил, «что финансы, война и организация народного образования будут неизменно стоять на очереди дня». В этом же году декретом от 29 фримера II года (31 декабря 1793 г.) Конвент ввел обязательное и бесплатное обучение.
Согласно архивным документам, количество грамотных в дореволюционной Франции не превышало 20-25%. Крестьянство было почти сплошь неграмотным. «Большинство крестьян не умеет ни читать, ни писать», — заявляли представители духовенства Монтаржа. «Наши дети коснеют в мраке невежества», — жаловались крестьяне Артуа, Шампани и других областей. Многочисленные крестьянские наказы депутатам были подписаны только частью явившихся крестьян, «остальные не сумели». Немногочисленные школы, существовавшие в городах, были опутаны религиозными и феодальными предрассудками. Так, в некоторые школы могли поступать лишь дети дворян, в другие — дети католиков. Дети протестантов города Ларошель не имели права поступать в католические школы своего города, и родители отправляли их учиться в другие города. В школьной программе большое место занимало изучение древних языков; преподавание велось схоластически. В университетах преподавание велось часто на латинском языке. «На юридическом и медицинском факультетах всякий без труда мог купить себе ученое звание» (Лависс и Рамбо). Академия наук, имевшая среди своих членов ряд блестящих ученых, состояла в большинстве из королевских выдвиженцев, связанных со старым режимом и его привилегиями. Она работала, как бы отгородившись каменной стеной от народных масс. Народные массы, совершив революцию, ожидали полного уничтожения феодального порядка, ожидали, что буржуазия введет всеобщее образование. Ведь недаром повторяли: «Невежественный народ не может быть свободным» (Лаканаль). Но им скоро пришлось разочароваться. Пока у власти стояла буржуазия, все проекты реформ, окончательно уничтожавших феодальные порядки (возвращение крестьянам общинных земель, уничтожение феодальных повинностей и платежей и др.), и проект введения всеобщего обучения «мариновались» в комиссиях или саботировались. Крестьянству и городской бедноте потребовалось несколько лет ожесточенной классовой борьбы, новых восстаний, чтобы установить якобинскую диктатуру. 10 августа 1792 г. восставший народ взял штурмом дворец и покончил с монархией. Был созван Национальный конвент на основе всеобщего избирательного права. 2 июня 1793 г. парижане, изгнав жирондистов из Конвента, установили диктатуру якобинцев во главе с Робеспьером и Маратом, как диктатуру общественных низов и мелкой буржуазии. Только после этого было завоевано право на образование. Национальный конвент выдвинул дело народного образования на первый план. В своем постановлении от 21 января 1793 г. он говорил, «что финансы, война и организация народного образования будут неизменно стоять на очереди дня». В этом же году декретом от 29 фримера II года (31 декабря 1793 г.) Конвент ввел обязательное и бесплатное обучение.
Объяснение:
удачи