Когда началась война, мне было восемь лет. Мы жили в Кирове. В том, что война будет, вообще мало кто сомневался, в том числе, и мы — восьмилетние дети. В те годы велась активная работа по патриотическому воспитанию подрастающего поколения: нам устраивали псевдовоздушные тревоги, мы сдавали нормы ГТО, каждый мальчишка моего возраста понимал, что нужно готовить себя к защите родины, потому что есть враг, который может на нее напасть. У меня были две сестры — они были старше меня на четыре и три года — и у них был такой же настрой. И все-таки объявление войны стало для нас неожиданностью: не думали мы, что она начнется летом, в июне, — все произошло раньше, чем мы предполагали. Но мы сказали себе: «Да, война. Но теперь надо ждать героической победы», — именно такие мысли возникали в сознании, по крайней мере, людей моего возраста в то время.
Мы, конечно, и представить себе не могли те трудности, которые принесет война. Все были уверены в быстрой победе.
Помню первые месяцы: эвакуация, приезд новых людей, перестройка всей жизни, потом начался голод, холод — в тыловых условиях жилось непросто. Дети тогда быстро взрослели, мы знали: перенести все эти лишения — это наш долг перед родиной, и верили в победу.
Лев Георгиевич Нуждин
1933 года рождения
Когда началась война, мне было восемь лет. Мы жили в Кирове. В том, что война будет, вообще мало кто сомневался, в том числе, и мы — восьмилетние дети. В те годы велась активная работа по патриотическому воспитанию подрастающего поколения: нам устраивали псевдовоздушные тревоги, мы сдавали нормы ГТО, каждый мальчишка моего возраста понимал, что нужно готовить себя к защите родины, потому что есть враг, который может на нее напасть. У меня были две сестры — они были старше меня на четыре и три года — и у них был такой же настрой. И все-таки объявление войны стало для нас неожиданностью: не думали мы, что она начнется летом, в июне, — все произошло раньше, чем мы предполагали. Но мы сказали себе: «Да, война. Но теперь надо ждать героической победы», — именно такие мысли возникали в сознании, по крайней мере, людей моего возраста в то время.
Мы, конечно, и представить себе не могли те трудности, которые принесет война. Все были уверены в быстрой победе.
Помню первые месяцы: эвакуация, приезд новых людей, перестройка всей жизни, потом начался голод, холод — в тыловых условиях жилось непросто. Дети тогда быстро взрослели, мы знали: перенести все эти лишения — это наш долг перед родиной, и верили в победу.
Объяснение: