Пишу вам несколько строк, только чтобы сообщить добрые вести отсюда. После ужасного 14-го мы, по счастью, вернулись к обычному порядку; остается только некоторая тревога в народе, она, я надеюсь, рассеется по мере установления спокойствия, которое будет очевидным доказательством отсутствия всякой опасности. Наши аресты проходят очень успешно, и у нас в руках все главные герои этого дня, кроме одного. Я назначил особую комиссию для расследования дела; она состоит из военного министра, Михаила Кутузова (Военным министром в конце 1825 г. был А.И. Татищев; Павел Кутузов (а не Михаил, как ошибочно пишет Николай I) после гибели Милорадовича был назначен С.-Петербургским военным генерал-губернатором - Прим.), Левашева, Бенкендорфа и Александра Голицына <...> Впоследствии для суда я предполагаю отделить лиц, действовавших сознательно и предумышленно, от тех, кто действовал как бы в припадке безумия <...>
Пишу вам несколько строк, только чтобы сообщить добрые вести отсюда. После ужасного 14-го мы, по счастью, вернулись к обычному порядку; остается только некоторая тревога в народе, она, я надеюсь, рассеется по мере установления спокойствия, которое будет очевидным доказательством отсутствия всякой опасности. Наши аресты проходят очень успешно, и у нас в руках все главные герои этого дня, кроме одного. Я назначил особую комиссию для расследования дела; она состоит из военного министра, Михаила Кутузова (Военным министром в конце 1825 г. был А.И. Татищев; Павел Кутузов (а не Михаил, как ошибочно пишет Николай I) после гибели Милорадовича был назначен С.-Петербургским военным генерал-губернатором - Прим.), Левашева, Бенкендорфа и Александра Голицына <...> Впоследствии для суда я предполагаю отделить лиц, действовавших сознательно и предумышленно, от тех, кто действовал как бы в припадке безумия <...>