Почему радикальные революционные течения сохраняют востребованность в общественном движении даже после разгрома революционных организаций и начатых Александром III экономических реформ?
Преобразовательные устремления власти поначалу встретили в русском обществе широкое понимание. Журналы, занимавшие различные общественно-политические позиции, - западнически-либеральный "Русский вестник", славянофильская “Русская беседа” и даже радикальный "Современник" - в 1856 - 1857 гг. выступали за тесное взаимодействие всех общественных сил, за совместную поддержку реформаторских намерений правительства.
Однако по мере того как прояснялся характер готовившейся крестьянской реформы, общественное движение теряло свое единство. Если либералы, критикуя власть по частным во в целом продолжали поддерживать ее, то публицисты “Современника" - Николай Гаврилович Чернышевский и Николай Александрович Добролюбов - все резче обрушивались и на правительство, и на либералов, обвиняя их в стремлении решать все во за крестьянский счет. Особую позицию занял Александр Иванович Герцен. В своих заграничных изданиях, которые пользовались огромной популярностью в России (особенно газета "Колокол"), Герцен разоблачал реакционные устремления высших сановников, критиковал правительство за нерешительность, непоследовательность и т.п. Эта критика звучала гораздо резче, чем осторожные намеки и замечания на страницах либералы изданий. И все же в эти годы Герцен был ближе именно к либералам, чем к "Современнику": как и они, издатель "Колокола” продолжал надеяться на благополучный исход реформы.
После манифеста 19 февраля 1861 г. в правительственной политике произошли изменения не в лучшую сторону - Александр II оказался больше не в силах противостоять нажиму со стороны придворной камарильи, старой бюрократической гвардии и помещиков-крепостников. По их настоянию в апреле 1861 г. Н.А. Милютин был удален с поста министра внутренних дел. Он ушел, не закончив работ над проектом земской реформы, произведенной в 1864 г., далеко не исчерпав свой творческий потенциал. Новый министр внутренних дел, Петр Александрович Валуев вынужден был несколько отступить под натиском помещиков-латифундистов.
Преобразовательные устремления власти поначалу встретили в русском обществе широкое понимание. Журналы, занимавшие различные общественно-политические позиции, - западнически-либеральный "Русский вестник", славянофильская “Русская беседа” и даже радикальный "Современник" - в 1856 - 1857 гг. выступали за тесное взаимодействие всех общественных сил, за совместную поддержку реформаторских намерений правительства.
Однако по мере того как прояснялся характер готовившейся крестьянской реформы, общественное движение теряло свое единство. Если либералы, критикуя власть по частным во в целом продолжали поддерживать ее, то публицисты “Современника" - Николай Гаврилович Чернышевский и Николай Александрович Добролюбов - все резче обрушивались и на правительство, и на либералов, обвиняя их в стремлении решать все во за крестьянский счет. Особую позицию занял Александр Иванович Герцен. В своих заграничных изданиях, которые пользовались огромной популярностью в России (особенно газета "Колокол"), Герцен разоблачал реакционные устремления высших сановников, критиковал правительство за нерешительность, непоследовательность и т.п. Эта критика звучала гораздо резче, чем осторожные намеки и замечания на страницах либералы изданий. И все же в эти годы Герцен был ближе именно к либералам, чем к "Современнику": как и они, издатель "Колокола” продолжал надеяться на благополучный исход реформы.
После манифеста 19 февраля 1861 г. в правительственной политике произошли изменения не в лучшую сторону - Александр II оказался больше не в силах противостоять нажиму со стороны придворной камарильи, старой бюрократической гвардии и помещиков-крепостников. По их настоянию в апреле 1861 г. Н.А. Милютин был удален с поста министра внутренних дел. Он ушел, не закончив работ над проектом земской реформы, произведенной в 1864 г., далеко не исчерпав свой творческий потенциал. Новый министр внутренних дел, Петр Александрович Валуев вынужден был несколько отступить под натиском помещиков-латифундистов.