Жизнь народов Крайнего Севера давно не так экзотична, как была еще несколько десятков лет назад. Большинство из них ведут оседлый образ жизни. Живут в достаточно комфортных условиях в обычных поселках. Детишки ходят в школу, поступают в вузы. Взрослые овладевают привычными на Севере рабочими специальностями. Но и кочевники остались. Тем, кто постоянно путешествует по тундре вслед за стадами оленей, приходится непросто. Зимой холодно, да еще и открытое пространство тундры продуваемо сильными ветрами. Порой случаются настоящие снежные бури. А летом достает комарье и мошка. Если от крупных насекомых как-то можно то сражаться со всепроникающим гнусом крайне сложно. От него страдают олени, он беспощаден и к людям. Главное: два раза в неделю надо сниматься с чуть обжитого места и идти дальше. Потому что на этой площадке ягель уже съеден или изрядно потоптан, нужно искать другое «плодородное» местечко.
Быт кочевников не для слабаков
Жизнь народов Крайнего Севера давно не так экзотична, как была еще несколько десятков лет назад. Большинство из них ведут оседлый образ жизни. Живут в достаточно комфортных условиях в обычных поселках. Детишки ходят в школу, поступают в вузы. Взрослые овладевают привычными на Севере рабочими специальностями. Но и кочевники остались. Тем, кто постоянно путешествует по тундре вслед за стадами оленей, приходится непросто. Зимой холодно, да еще и открытое пространство тундры продуваемо сильными ветрами. Порой случаются настоящие снежные бури. А летом достает комарье и мошка. Если от крупных насекомых как-то можно то сражаться со всепроникающим гнусом крайне сложно. От него страдают олени, он беспощаден и к людям. Главное: два раза в неделю надо сниматься с чуть обжитого места и идти дальше. Потому что на этой площадке ягель уже съеден или изрядно потоптан, нужно искать другое «плодородное» местечко.