Цвет лица имел каленый,горячий,какой бывает на медном пятаке.
Такойже самый крепкий и на диво стаченный образ был у Собокевича:держал он его более вниз,чем вверх,шеей не ворочал вовсе и в силу такого неповорота редко глядел на того ,с которым говорил,но всегда или на угол печки,или на дверь.
Нужное же такое странное сближение:его даже звали Михайлом Семеновичем.
«Что ни говори, — сказал он сам в себе, — а не подоспей капитан-исправник, мне бы, может быть, не далось бы более и на свет Божий взглянуть! Пропал бы, как волдырь на воде, без всякого следа, не оставивши потомков, не доставив будущим детям ни состояния, ни честного имени!»
Похож на средней велечины,медведя.
Цвет лица имел каленый,горячий,какой бывает на медном пятаке.
Такойже самый крепкий и на диво стаченный образ был у Собокевича:держал он его более вниз,чем вверх,шеей не ворочал вовсе и в силу такого неповорота редко глядел на того ,с которым говорил,но всегда или на угол печки,или на дверь.
Нужное же такое странное сближение:его даже звали Михайлом Семеновичем.
«Эк какую баню задал! смотри ты какой!»
«Что ни говори, — сказал он сам в себе, — а не подоспей капитан-исправник, мне бы, может быть, не далось бы более и на свет Божий взглянуть! Пропал бы, как волдырь на воде, без всякого следа, не оставивши потомков, не доставив будущим детям ни состояния, ни честного имени!»
«Эх ты, подлец!» и тд
5 глава ..