В стихотворении "Степь и дали" поэт описывает, как он ночью едет по степи под лунным светом. Читатель чувствует мотив русской
пляски:
Эх вы, сани! Что за сани!
Звоны мёрзлые осин.
У меня отец — крестьянин,
Ну, а я— крестьянский сын.
В последней строфе появляется образ русской гармошки-«венки», под которую «Будет рядом веселиться // Юность русских деревень...» Поэт использует различные изобразительные средства; олицетворение (бубенцы «зарыдали», «ножка» у берёзки), эпитеты («разливные бубенцы», «Неприглядная дорога, да любимая навек...», «звоны мёрзлые осин», «чахленькая местность»), метафоры («юность русских деревень»). Все. стихотворение наполнено звуками: рыданием «разливных буоснцов», «мёрзлыми звонами осин», «стынь и звень». Образ русской земли складывается из противопоставления «чахленькой местности» и преклонения перед каждой берёзкой, рыдания и веселья.
пляски:
Эх вы, сани! Что за сани!
Звоны мёрзлые осин.
У меня отец — крестьянин,
Ну, а я— крестьянский сын.
В последней строфе появляется образ русской гармошки-«венки», под которую «Будет рядом веселиться // Юность русских деревень...» Поэт использует различные изобразительные средства; олицетворение (бубенцы «зарыдали», «ножка» у берёзки), эпитеты («разливные бубенцы», «Неприглядная дорога, да любимая навек...», «звоны мёрзлые осин», «чахленькая местность»), метафоры («юность русских деревень»). Все. стихотворение наполнено звуками: рыданием «разливных буоснцов», «мёрзлыми звонами осин», «стынь и звень». Образ русской земли складывается из противопоставления «чахленькой местности» и преклонения перед каждой берёзкой, рыдания и веселья.