Раз сказала совесть человеку, что он не прав, другой, третий…
На четвертый он решил избавиться он нее. Да не на день или два – навсегда!
Думал-думал, как это сделать, и надумал…
- Давай, - говорит, - совесть, в прятки играть!
- Нет, - говорит та. - Ты меня все равно обманешь – подглядывать будешь!
Притворился тогда человек совсем больным и говорит:
- Занедужил я что-то… Принеси-ка мне из погреба молочка!
Не смогла отказать ему в этом совесть. Спустилась в погреб. А мужик прыг из кровати – и закрыл ее!
Позвал он на радостях друзей и с легким сердцем: одного обманул, другого обидел, а когда они стали обижаться, и вовсе выгнал всех вон. И никаких тебе угрызений, никаких попреков – хорошо на душе, спокойно.
Хорошо-то хорошо, да только день, другой, а чего-то стало не хватать человеку. И через месяц он понял чего – совести! И такая тут тоска на него навалилась, что он не выдержал и открыл крышку погреба.
- Ладно, - говорит, - выходи! Только теперь не командуй!
А в ответ - молчание.
Спустился он в погреб: туда, сюда - нет нигде совести!
Видно, и впрямь, избавился от нее навсегда…
Зарыдал человек: - Как же я теперь без совести жить-то буду?
И вдруг слышит тихий-претихий голос. Не из погреба – в сердце:
- Здесь я…
Позвал человек на радостях друзей, извинился и такой им тут пир устроил!
Все думали, что у него день рождения, и поздравляли его с этим. А он и не отказывался, и совесть не возражала. И совсем не потому, что боялась опять оказаться в подвале.
Раз сказала совесть человеку, что он не прав, другой, третий…
На четвертый он решил избавиться он нее. Да не на день или два – навсегда!
Думал-думал, как это сделать, и надумал…
- Давай, - говорит, - совесть, в прятки играть!
- Нет, - говорит та. - Ты меня все равно обманешь – подглядывать будешь!
Притворился тогда человек совсем больным и говорит:
- Занедужил я что-то… Принеси-ка мне из погреба молочка!
Не смогла отказать ему в этом совесть. Спустилась в погреб. А мужик прыг из кровати – и закрыл ее!
Позвал он на радостях друзей и с легким сердцем: одного обманул, другого обидел, а когда они стали обижаться, и вовсе выгнал всех вон. И никаких тебе угрызений, никаких попреков – хорошо на душе, спокойно.
Хорошо-то хорошо, да только день, другой, а чего-то стало не хватать человеку. И через месяц он понял чего – совести! И такая тут тоска на него навалилась, что он не выдержал и открыл крышку погреба.
- Ладно, - говорит, - выходи! Только теперь не командуй!
А в ответ - молчание.
Спустился он в погреб: туда, сюда - нет нигде совести!
Видно, и впрямь, избавился от нее навсегда…
Зарыдал человек: - Как же я теперь без совести жить-то буду?
И вдруг слышит тихий-претихий голос. Не из погреба – в сердце:
- Здесь я…
Позвал человек на радостях друзей, извинился и такой им тут пир устроил!
Все думали, что у него день рождения, и поздравляли его с этим. А он и не отказывался, и совесть не возражала. И совсем не потому, что боялась опять оказаться в подвале.
Ведь, если разобраться, так всё оно и было!