Циничная «правда» Бубнова противостоит утешительной проповеди Луки. Но эта проповедь дала импульс для определения еще одной жизненной позиции. Ее выразителем стал Сатин. Еще в начале пьесы он заявляет: «Сделай так, чтобы работа была мне приятна — я, может быть, буду работать… да! Может быть! Когда труд — удовольствие, жизнь — хороша! Когда труд — обязанность, жизнь — рабство!» После ухода Луки Сатин осознает, что его умонастроение оказывается реакцией на слова Луки: «Да, это он, старая дрожжа, проквасил нам сожителей... Старик — не шарлатан! Что такое правда? Человек — правда! ... Старик? Он — умница!.. Он... подействовал на меня, как кисло и грязную монету...»
Знаменитый монолог Сатина о человеке, в котором он говорит о необходимости уважать человека: «Не жалеть... не унижать его жалостью... уважать надо!» — утверждает иную жизненную позицию.
Знаменитый монолог Сатина о человеке, в котором он говорит о необходимости уважать человека: «Не жалеть... не унижать его жалостью... уважать надо!» — утверждает иную жизненную позицию.