Утром, когда еще все спали, я встал и, надев фуражку, тихо побрел по берегу бухты. Долго брел, грустно брел. Вот и моя скала, вот и расселина - мое пище- и книгохранилище. Я вынул Буссенара, Майн Рида и уселся у подножия скалы. Перелистал книги... в последний раз. И со страниц на меня глядели индейцы, поющие: "Виют витры, виют буйны", глядели негры, танцующие польку-мазурку под звуки хохлацкого торбана, львы прыгали через обруч и слоны стреляли хоботом из пистолета... Я вздохнул. Прощай, мое детство, мое сладкое, изумительно интересное детство... Я вырыл в песке под скалой яму, положил в нее все томики француза Буссенара и англичанина капитана Майн Рида, засыпал эту могилу, встал и выпрямился, обведя горизонт совсем другим взглядом... Пиратов не было и не могло быть; не должно быть. Мальчик умер. Вместо него - родился юноша. * * * В слонов лучше всего стрелять разрывными пулями...
